Утро (рассказ)

Щелчок — и я становлюсь богаче. Ещё щелчок. Он умножает мой капитал на два. Стать вдвое состоятельнее за минуту — такое со мной часто бывает. После этого беру в Ашане батон за 17 рублей, прячу оставшиеся три рубля под замок нагрудного кармана и продолжаю утренний обход. Ещё несколько щелчков и мне хватит на шоколад. Пальцам тепло, но они дрожат, а я приспособился.

Нежность первого солнца льёт на щербатую автомобильными спинами парковку. Зигзагами между рядов машин, чуть вытянув шею, закидывая таким образом взгляд как можно дальше, движется нескладная фигура мужчины в пережёванном пальто. Это я. Моя работа — собирать телеги у торгового центра. В замке не вернувшихся в стойло решётчатых муллов хранится десятка. Доход небольшой, но стабильный. Всегда найдётся тот, кто оценит свои пару минут дороже матовомедной монеты — и они меня кормят. Спасибо.

Когда я говорю, что телеги — это моя работа, я не имею ввиду, что у меня есть трудовая книжка, начальник, график работы и отпускные. Нет даже обеденного перерыва, поэтому я работаю с батоном в руках. Охранники называют меня фрилансер. Говорят, это тот, кто работает, когда захочет. Странно, ведь я работаю каждый день. А я бы хотел сидеть у реки под этим же солнцем. Или лучше вернуться в мастерскую. Нет, я не хочу вспоминать, бесполезно.

Полная женщина с блокнотом и тяжелой телегой. Сверху туалетная бумага «Каждый день». Нет, она всё сделает сама. Я не буду надеяться и провожать её взглядом. Парень в спортивных трико прыгнул в машину входа, шины дерут асфальт и пугают стоящих спиной. Телега пуста и она моя. Стараюсь терпеливо метиться в замочный паз, не попадаю, но снова пытаюсь. Мой меч — это крючок прикреплённый замку на перекладине телеги, моя цель — замок другой тележки. Тремор мешает, но у меня получается.

Кажется, это последний тёплый день. Дальше зима. Можно будет греться в тамбуре под тёплой волной ветродуя. Потом снова на парковку, потом на на подземный этаж. Если метель или грозы, особенно хорошо в подземке. В мастерской всегда было тепло и пахло кожей, резиной и клеем. И у меня была полка с книгами, которые я читал, когда не было работы. Пруст, Хэмингуэй, Шоу, Ремарк, Стейнбек... Помню, как усмехнулся, когда в первый раз воткнул шило в ладонь. Я не читал два года. Сегодня наверняка последний тёплый день.

Батон ещё тёплый. Если сегодня будет хороший день, то завтра возьму молока. Вчера был неважный день. Но сегодня, надеюсь, день не тот, что вчера. Хотя новых дней становится всё меньше и меньше. Когда я заболел, стало много нового: таблетки, слабость и неспособность делать свою работу. Дрожащая рука пытается удержать колодку, вторая скользить по коже ботинка... Потом новое перестало быть. Когда я в последний раз воткнул шило в ладонь, мне не было больно. Руки перестали слушаться, чувствовать, быть моими. Ремарк обещал чуда рядом с отчаянием, чуда я не дождался. Хотя у меня есть дом, работа и кот — это ли не чудо.

На дальнем конце стоит брошенная телега. Оттуда видно мост и реку. Приятно дойти сюда: видно реку, мост и небольшую чащу у поворота. Всё в солнце. У меня нет времени стоять здесь, мне нужно работать. Но эту картинку я могу вытянуть из памяти всегда, когда мне нужно что-то хорошее. Но сегодня тёплый день. Мне и так хорошо.

Поделиться
Отправить
18 октября   рассказ
Популярное